Анатолий Азольский. Облдрамтеатр (фрагмент) -
32 >
случае. Натворят, бывало, такого, что волосы дыбом встают от
самочинных действий, прикрытых устными якобы поручениями
народного следователя Гастева...
По донесению ГАИ и постучал пальцем Гастев:
-- Это ошибочно вошло в сегодняшнюю сводку... А надо -- во
вчерашнюю!
Майор так и впился в гаишную бумагу. Поднял на Гастева
обрадованные глаза:
-- А ведь верно... И машина, что столкнулась с трамваем,
могла быть у налетчиков запасной, разница по времени всего
двадцать пять минут... И три трупа!.. Один из них, понятно,
вагоновожатый, но те, которые сгорели в "Победе", -- так и не
опознаны... -- Майор загибал пальцы, приводя все более
убедительные доводы того, что следствие по трамваю надо взять
под особый контроль и, возможно, объединить его с налетом на
гастроном. Ну, а руководить следствием обязан сам Гастев,
только он -- тут уж никаких сомнений и возражений быть не
должно...
Кляня себя, Гастев распростился с чересчур догадливым
майором, получив от него то, что нельзя было не назвать
мандатом. "Предъявитель сего... является членом Штаба,
созданного решением обкома ВКП(б) от 03.09.1949 года...
правомочен самостоятельно или во главе группы производить
необходимые оперативно-следственные мероприятия с последующим
оповещением прокурора... разрешено ношение и хранение..."
Архиважный документик! Индульгенция! Ксива, если уж выражаться
точнее. Филькина грамота. На вчетверо сложенном листочке
отсутствует подпись руководителя таинственного органа власти,
печать, правда, оттиснута, подлинность ее удостоверена
каракулями машинистки, той самой, видимо, старушенции, что
раздавала спешно размноженные сводки. Декану бы, который отвел
двенадцать часов на тему "Источники права", показать этот