Анатолий Азольский. Женитьба по-балтийски -
86 >
что... Такой номер. Никак не мог исправить отметку по военно-морской географии, месяц пересдавал экзамен, и все без толку, знаний-то - маловато, он, Володя Алныкин, с ленцой парень, утруждать себя не любит. Так бы и ушел на флот, не пересдав экзамен, да случай помог. Преподаватель умер. Горе в семье, горе на кафедре. А Алныкину - счастье. Приходит к начальнику кафедры и заявляет: экзамен сдан на "отлично", можете спросить у преподавателя. Представляешь, Павел Николаевич? Спросить у того, кого уже нет на белом свете! И получил наш друг Володя "отлично"... Не мог не получить. Так все точно рассчитал, котелок у него варит. Мы тогда в политотделе решили было к комсомольской ответственности его привлечь, да пожалели: вот-вот выпуск, каково молодому офицеру приходить на корабль с неснятым выговором? А зря пожалели. Он и здесь отличился, еще хлеще. Павел Николаевич пытался расколошматить что-то о край стола, освобождая себя от злобы, но решил поберечь стол и заодно выслушать. - Такое придумал, что... Служба в Порккала-Удде опасна, тяжела и почетна, партия и правительство делают все, чтоб как на родной земле там было, недостаточно еще делают. Офицеры гордятся тем, что служат на передовых рубежах, и лишь один из них не захотел служить там, куда послала его Родина. Да, да, наш друг Володя не захотел и добился своего. Как и в училище, получил обманным путем "отлично". А что сделал? А он вот что сделал. Порасспросил кое-кого и нашел девушку, очень приличную девушку, но такую, у которой анкета подзагажена, да так подзагажена, что не пустят эту девушку в Порккала-Удд, если даже выйдет она замуж за командира базы. Ее-то, девушку эту, он и охмурил, расписался с нею, дождался, когда пропуска ей не дали, и настрочил жалобу, сам себе подписав моральный приговор. Панов открыл и закрыл папку. Павел Николаевич вытянул застрявший ящик стола,