Анатолий Азольский. Женитьба по-балтийски -
94 >
же стуле. И в обеденный перерыв продолжал сидеть, видом своим омрачая коридор, возбуждая любопытство офицеров. Кадровиков спрашивали о бедолаге, которому, знать, негде приткнуться в Таллине. Кадровики отвечали невнятно, используя жесты и мимику, внушая всем, что перевод лейтенанта на Север осуществлен чересчур быстро, и если учесть, что адъютант командующего - одноклассник его, то вывод напрашивается сам собой. Так говорили о нем здесь, в коридоре штаба флота, временами голоса звучали громко, чтоб настырный лейтенант слышал их. Много месяцев назад, тогда еще курсантом, Алныкин, приходивший от Ростова, падал в изнеможении на койку, его обступали одноклассники, перемывали ему косточки, горюя над ним и виня его же во всех несчастьях. Ныне, в штабе флота, старшие товарищи, не один год прослужившие, милостиво относились к лейтенанту, о котором ничего не знали, и почем зря крыли московских адмиралов, которые по недомыслию поделили Балтийский флот на три части, стал он Четвертым, Восьмым и Кронштадтской крепостью, отсюда и весь бардак: годами ждешь перевода, к примеру, в Севастополь, приказа нет и нет, а потом ночью будят и требуют к подъему флага быть уже за тридевять земель. Из-за этого раздела Балтики, негодовали старшие офицеры, надо запрашивать "добро" у своих же на переход корабля из Таллина в Калининград. Алныкин не подавал вида, что все слышит. Сам же думал, что не баловень судьбы по прозвищу Ромодан запустил канцелярскую машину на полные обороты, а другой старший лейтенант, тот, которого вроде бы и нет. На третий или четвертый день сидения перед Алныкиным возникли Панов и Павел Николаевич. Постояли и ушли, так ничего и не сказав, о чем вообще говорить, когда Главком подписал приказ? Бежать к командующему флотом? Тот потребует разъяснений, но нарушить приказ не осмелится. Обратиться - через голову