Анатолий Азольский. Женитьба по-балтийски -
95 >
командующего - в Москву? Чревато осложнениями, обвинят их самих, накажут - и за промедление, и за поспешность. У кадровиков сдали наконец нервы. И сроки поджимали, штаб Северного флота запросил: где лейтенант Алныкин? Голубой листочек с якорьком выписали и на имя Алныкиной Леммикки Ивиевны. Поблагодарив, Алныкин двинулся в финотдел за подъемными, где услышал обычную отговорку: "Получишь по новому месту службы!" Он сел у двери и застыл. Косясь на него, в отдел шли и шли офицеры по самым неотложным нуждам, то есть за деньгами. А лейтенант все сидел и сидел. Не ел, не пил и не курил до самого вечера, тревожа начфина и вольнонаемных барышень, крутивших арифмометры. Когда лейтенант возник и утром, начфин не дрогнул. Собрал подчиненных, приоткрыл дверь, чтоб наглец все слышал, и устроил некое подобие офицерского суда чести, дав Алныкину уничтожающую характеристику. "Туп этот Алныкин, - гремел голос начфина, - как сибирский валенок, хоть родом из-под Архангельска (подчиненные захихикали). Понятно теперь, - язвил начфин, - почему Михайло Ломоносов, родившийся там же, босиком рванул в Москву, уж очень ему наскучили морды земляков" (подчиненные заржали). А лейтенант сидел и слушал, слушал и сидел. Усмехнулся, когда подчиненные начфина обозвали его эстонцем, приведя убедительные доводы: эти архангельские поморы и эсты - из одного корня, одна нация. Начфин все-таки выдохся. И ОКОС пощипывал его напоминаниями. Окошечко кассы открылось, ласковый голосочек колокольчиком прозвенел в коридоре, пальчики с маникюром придвинули Алныкину денежную ведомость. - А почему не выписаны подъемные на жену?.. Алныкина Леммикки Ивиевна. Через два "м" и два "к". На удар начфин ответил хлестким ударом: - Где справка, что она выписалась? Документ, из которого явствовало, что Алныкина Леммикки Ивиевна уже не