Анатолий Азольский. Кровь -
47 >
официант, подсчитывая, называл цифры, а меню-то было перед глазами
Мормосова! Из одной артели эти будто незнакомые люди! И парень остался
сидеть потому, что таков был приказ двуромбового: проследить, что делать
будет помеченный человек, то есть Мормосов. Парень же - слободской по виду,
очень симпатичный на морду, в дедовой лавке похожий служил, так умел зубы
заговаривать, что никто не уходил без покупки. И - что сразу Мормосову
бросилось в глаза - на нем был костюм, сшитый в Берлине!
Значит, в ближайшие дни жди этого человека здесь! (Мормосов окрестил
его так: "Приятный".) Понятно теперь, почему подменяют зятя: явка здесь,
явка! И приманкой он, Петр Иванович, которого Приятный сгоряча пристрелит.
Гнев забурлил в Петре Ивановиче: сволочи, и до конюшни добрались, ни
одна цифра в их бухгалтерии не пропадает! Как спастись?
Он заметался по конюшне, и лошади зафыркали, чуя беду. Заскулила и
собака. Петр Иванович лег, будто сейчас автоматчик, - как бывало в
лагере, - пустит очередь в полроста над землей. Поджал колени, локтями
закрыл лицо. Бежать - куда? В лес - бессмысленно, в город - еще опаснее, да
и паспорт у старосты, обе власти крестьянам воли не дают, рассчитывать надо
только на себя. И не надо пока бояться Приятного: не такой уж он дурак, чтоб
сразу появиться в селе, явку надо еще проверить, Приятный кого-нибудь
подошлет.
Еще поразмышляв, Петр Иванович совсем успокоился. Парень из
вагона-ресторана вполне мог быть натуральным немцем на немецкой службе, еще
в Берлине он слышал в торгпредстве разговоры о том, что произойдет в скором
времени как бы обмен опытом, в НКВД на стажировку прибудут офицеры немецкой
госбезопасности. Следовательно, Приятный не из Москвы, а из Берлина, и о