Анатолий Азольский. Кровь -
67 >
государственными и военными руководителями, в частности, лично знаком с
известным Рикке генерал-фельдмаршалом Витцлебеном.
Еще что-то говорено было, но Рудольф почти не слушал, потому что
испытывал то мерзкое дрожание тела и духа, какое было у него в болотные
минуты, когда шел с ведром воды от речки, спиной чуя пули, так в него и не
полетевшие. Господин наконец встал, положил на край стола конверт,
озабоченно вздохнул, а затем чуть ли не по-дружески подмигнул:
- Как мужчина я понимаю ваше разочарование, вы ведь нацеливались на
свадьбу и... сами понимаете. Так я вас обнадежу. Там, в коридоре, вас
ожидает очень красивая девушка, с которой вы проведете много гарантированных
мною счастливых часов любви... Короче, она ваша...
И господин вышел, в дверях выразительно поведя глазами в сторону.
Ошеломленный Рудольф наконец-то сел, в голове крутилась какая-то
военно-служебная канитель - об отпускном билете, о госпитале, где надо
переосвидетельствоваться. О Гейнце. О Клемме. О матери, наконец. Он забыл
даже, брился сегодня или нет. Подошел к зеркалу. Еще один вопрос: в воинской
кассе дадут билет в Мюнхен без отметки коменданта? Думал, наверное, вслух,
потому что ответ получил немедленно:
- А зачем вам ехать в Мюнхен? Поживете у меня. Здесь, в гостинице, этим
делом заниматься нельзя.
Посреди номера стояла девица лет восемнадцати, не больше. Плащик
переброшен через руку, шелковые чулочки, кудряшки на лбу. Рудольф догадался,
что девица - что-то вроде отступного, эрзац законной супруги.
- А тебе уже приходилось этим заниматься именно в гостиницах?
- Вообще не приходилось. Ни здесь, ни где-либо. Но я уже взяла хорошую
консультацию у проститутки, отданной нам, то есть Союзу немецких девушек, на