Питер Бигль. Последний единорог -
14 >
-- Лошадь, -- пробормотал он, -- белую кобылу. Мамаша
Фортуна долго смотрела на него. -- И ты тоже глуп, волшебник,
-- наконец выдавила она со смехом, -- но ты больший дурак, чем
Ракх, и более опасный. Он врет только от жадности, ты же -- от
страха. Или от доброты. -- Волшебник ничего не ответил, и
Мамаша Фортуна рассмеялась. -- Хорошо, -- сказала она, -- это
белая кобыла. И я хочу иметь ее в своем "карнавале". Девятая
клетка пустует.
-- Мне нужна веревка, -- отозвался Ракх. Он уже хотел было
повернуться, но старуха остановила его.
-- Только одна веревка могла бы удержать ее, -- сказала
она. -- Та веревка, которой древние боги связали волка Фенрира.
Она была сплетена из дыхания рыб, слюны птиц, женских бород,
мяуканья кошки, медвежьих жил и еще из чего-то. Ах да, из
корней гор. А так как ничего этого у нас нет, и гномы не совьют
нам веревку, то придется обойтись железной решеткой. Я погружу
ее в сон. -- И руки Мамаши Фортуны что-то связали в ночном
воздухе, а из ее горла вырвалось несколько неприятно
прозвучавших слов. Когда старуха закончила заклинание, от
единорога запахло молнией.
-- Ну, а теперь поместите ее в клетку, -- сказала она
мужчинам. -- Она проспит до рассвета, какой бы шум вы не
подняли, если только по присущей вам глупости вы не станете
трогать ее руками. Разберите на части девятую клетку и соберите
вокруг нее. И помните: рука, осмелившаяся коснуться ее гривы,
мгновенно и заслуженно превратится в ослиное копыто. -- Она
снова насмешливо посмотрела на худого длинного человека, -- А
маленькие фокусы, волшебник, станут теперь для тебя еще
труднее, -- сопя сказала она. -- Живо за работу. До рассвета
уже недолго.
Когда она скользнула в тень фургона, как кукушка внутрь