Питер Бигль. Лила, оборотень -
10 >
всего один звук. Телефон зазвонил снова, и Лила, не глядя на
Фаррелла, взяла трубку.
- Берника? - она всегда называла мать по имени. - Да...
нет-нет... да, все в порядке. В порядке, просто забыла
позвонить. Нет, все хорошо, я же тебе говорю. Берника,
ниоткуда не следует, что ты обязательно должна закатывать
истерику. А я говорю, закатываешь.
Она рухнула на кровать, нащупывая под подушкой сигареты.
Фаррелл поднялся и пошел варить кофе.
- Ну, были небольшие сложности. Понимаешь, пришлось
отправиться в зоопарк, потому что я никак не могла найти... да
знаю я, Берника, знаю, но это было, когда это было? - три
месяца назад. Я просто не знала, что у них так рано отрастают
рога. Берника, ты же знаешь, я ничего не могу поделать. Там
была всего пара каких-то кошек и они... ну, конечно, они меня
отогнали, но я... хорошо, мама, Берника, что я по-твоему должна
была делать? Нет, ты скажи, что я должна была делать? Зачем ты
вечно сцены устраиваешь... почему я кричу? Потому что иначе ты
меня попросту не услышишь. Ты помнишь, что сказал доктор
Шехтман - что? Да нет, я же тебе говорю, я просто забыла
позвонить. Нет, это и есть причина, единственная и настоящая
причина. Хорошо, а кто в этом виноват? Что? Ох, Берника, ради
Христа! Ну ладно, а папа-то тут причем?
От кофе и завтрака она отказалась, но присела в халате к
столу и начала жадно глотать молоко. Фаррелл еще ни разу не
видел, чтобы она пила молоко. Лицо у нее было пепельно-
бледное, глаза покраснели. Вид после разговора с матерью стал
такой, словно она провела с этой женщиной десять раундов.
Фаррелл спросил:
- Давно это с тобой?
- Девять лет, - ответила Лила. - Со времени созревания. В
первый день - судороги, на второй - вот эта история. Мое