Питер Бигл. Соната Единорога -
13 >
тер лоб. Сейчас он был больше похож на себя, чем за все время с момента
появления Индиго. Но при этом, как подумалось Джой, Папас выглядел
постаревшим и очень усталым. Потом он запустил руку в шкатулку и принялся,
не глядя, перебирать монеты.
- А вы его знаете, да? - спросила Джой. Джон Папас резко вскинул
голову.
- Знаю? Его? Ты что думаешь, я брожу по городу и выискиваю людей по
имени Индиго, Кадмий Желтый или что-нибудь вроде этого? Что, по-твоему, я
похож на человека, у которого могут быть знакомые вроде этого мальчишки?
Забудь. В жизни его не видал.
Старый грек очень рассердился. Ему это было не к лицу.
- Ну, на то было похоже! - заявила Джой. Она испытывала усталость,
раздражение и еще какое-то странное чувство. - И еще похоже было, будто вы
знаете эту музыку.
Джон Папас долго смотрел на Джой, и в глазах его не было ничего, кроме
ее отражения. А Джой смотрела на него, упрямо стараясь не моргать. Потом
Папас почесал затылок, и на лицо его медленно вернулась улыбка - правда,
кривоватая, словно ему растягивали губы крючком.
- Джозефина Ривера! - произнес он, потом добавил что-то на другом
языке, потом снова перешел на английский. - Джозефина Ривера, откуда ты
взялась? Откуда ты взялась в этом пыльном старом музыкальном магазинчике на
голову несчастного старого грека? Почему бы тебе не пойти поиграть в бейсбол
или футбол или не сходить на танцы со своим парнем? Почему бы не пойти в
кино? - Папас все еще боролся с улыбкой, но она уже успела просочиться в его
глаза.
- Я не люблю бейсбол, - отозвалась Джой. - И у меня нет парня, и танцую
я плохо - все так говорят. А здесь мне нравится. Нравится помогать и вообще.
Просто я хочу, чтобы вы мне объяснили, что происходит. Почему я не могу об