Питер Бигл. Соната Единорога -
21 >
ночь. Иногда Джой казалось, будто она слышит голос второго рога. Второй
голос скакал и резвился вокруг основной мелодии, как кот тети Изабеллы. А
потом наступил момент, когда Джой могла бы поклясться, что играет десяток
рогов, и от этих созвучий у Джой сжалось сердце и перехватило дыхание. "Это
та самая музыка, которую я слышала внутри себя, слышала всегда, всю жизнь,
та самая музыка, которой я никогда не могла дать имя..."
Улицы под оранжевой половинкой луны были пусты, если не считать редких
машин. Джой слышала их еще за несколько кварталов - глухой шум их
стереосистем эхом разносился меж домами. Как ни странно, но они не могли
заглушить музыку, даже если проезжали достаточно близко. Водители
выкрикивали что-то оскорбительное в адрес Джой, прежде чем унестись прочь.
Джой не обращала на них ни малейшего внимания. Девочка спешила вперед, время
от времени сворачивая влево или вправо, когда ей казалось, что на соседней
улице музыка слышнее. Она больше не умолкала полностью, но усиливалась и
ослабевала с такой капризной прихотливостью, что Джой приходилось
сосредоточиваться до предела, лишь бы не упустить мелодию. Потому-то Джой
так и не заметила, в каком именно месте она впервые пересекла Границу.
Там, на другой стороне, был рассвет. Вот так вот, в промежутке между
двумя шагами, наступил рассвет.
Едва перешагнув Границу, Джой застыла на полушаге. Потом она очень
медленно опустила ногу - под ней оказался не асфальт, а пышные заросли
папоротника-орляка. Джой довольно долго созерцала свои ноги, утонувшие в
траве, а потом подняла голову и взглянула в небо, подобного которому никогда
прежде не видела. Это небо вполне могло принадлежать другой планете - на эту
мысль наводил не его цвет и не причудливая рябь абрикосовых облаков, а