Питер Бигл. Соната Единорога -
46 >
Но, слепые или нет, глаза единорога были столь глубоки, что у девочки
закружилась голова. Джой споткнулась, и ей, чтобы не упасть, пришлось
ухватиться за бок лорда Синти. Кроме потрясающего ощущения тепла под рукой -
"единороги кажутся прохладными, но на самом деле они теплые, как печка", -
Джой ощутила еще и неслышный смех - наподобие беззвучного урчания кошки. От
лорда Синти пахло апельсинами.
- Мне нужно домой, - сказала Джой. - Это главное. То есть я хочу
сказать - мне здесь нравится, здесь вправду здорово, и я бы совсем не прочь
побыть здесь еще немного, но мне надо возвращаться.
Голос Синти омыл Джой с головы до ног, подобно водам Шей-раха.
- Я могу указать тебе путь.
Джой остановилась как вкопанная.
- Можете? Но Ко сказал, что я не могу попасть домой, потому что Граница
переместилась, или что-то в этом духе. Я не совсем поняла. Как Граница может
перемещаться?
Черный единорог взглянул на девочку с высоты своего роста. Его рог был
как щель в полночь среди красных утренних деревьев.
- Она перемещается, потому что Шей-рах движется.
Синти немного помолчал, потом продолжил, роняя тщательно подобранные
слова в ошеломленное молчание Джой:
- Существует множество миров, но наш Шей-рах неким способом, который
мне и поныне не до конца ясен, соприкасается именно с вашим миром. Мы
проплываем через него, скользим через него, подобно тени облака. Мы можем
задержаться на одном месте на день или на тысячу лет - если Шей-рах так
пожелает. Но Граница существует всегда, и те, кто действительно чувствует
нашу музыку, способны пересекать ее в любом направлении в любую ночь, пока в
небе стоит луна. Чтобы попасть в Шей-рах или выйти из него, нужны лишь три
вещи: сильное желание, музыка и немного луны.