Питер Бигл. Соната Единорога -
7 >
следующую секунду, сделалась холодной и далекой, как лунный свет. Пару раз
Джой нерешительно протягивала руку, будто бы желая погладить мелодию, но
каждый раз во взгляде мальчика вспыхивало такое яростное предупреждение, что
Джой тут же отдергивала руку. Девочке казалось, что, по мере того как Индиго
играл, рог сиял все ярче, и что, если она старательно пробежит взглядом по
сине-серебряным изгибам, они уведут ее прямиком в музыку. Индиго смотрел на
нее, но сейчас его глаза были лишены всякого выражения. Синяя глубина
превратилась в бездонную черноту межзвездного пространства - как в
"Стар-треке".
Джой не знала, долго ли играл Индиго и сколько простоял в дверях Джон
Папас. Она повернулась, лишь услышав негромкий дребезжащий голос:
- Позвольте? И кто это у нас тут?
Индиго мгновенно перестал играть, резко развернулся к Папасу и
поклонился, не отрывая рога от губ.
- Он вас искал, - сказала Джой. После отзвучавшей музыки собственный
голос показался ей чужим и чересчур громким. - Его зовут Индиго.
- Индиго... - протянул Джон Папас. - Твои родители встретились в
Вудстоке? Хиппи, а? - шутка прозвучала странно - как-то безжизненно. Старый
грек смотрел на мальчишку, и видно было, что он его узнал. Лицо старика
побледнело, а глаза расширились - не сильно, но заметно. Все тем же ровным
тоном Джон Папас произнес:
- Что это у тебя? Покажи.
Индиго поклонился и протянул серебристо-голубой рог хозяину магазина.
Джон Папас медленно протянул руки и принял рог, не отрывая взгляда от
мальчика. Грек явно удивился, не найдя клапанов. Он поднес рог к губам и
подул - сперва легонько, потом сильнее и сильнее, - но так и не извлек ни
единого звука. В конце концов побагровевший и раздраженный - что и