Питер С.Бигль. Песня трактирщика -
12 >
собачья. Я - Карш-трактирщик, и отец мой был трактирщиком, и отец моего отца тоже, и единственный край, где я бывал, кроме здешних мест, - это пахотные земли вокруг Шаран-Зека, где я и родился. Но теперь я живу тут, уже больше сорока лет, и тридцать из них владею "Серпом и тесаком". И ведь все они это прекрасно знают! Чушь собачья. Парень притащил сюда этих женщин, разумеется, из чистой вредности. Или просто понадеялся, что я из-за них не обращу внимания на то, что он удрал к Маринеше, у которой мозгов как у мотылька. Он ведь умеет чуять неладное - хоть это-то он от меня перенял, - и наверняка сразу понял, что эти три женщины - не те, кем кажутся. И знает ведь, что я не желаю связываться с таким народом, пусть даже они заплатят вдвое! Мало мне возни с крестьянами, которые напиваются у нас по дороге на ярмарку в Лимсатти? Ну что ему стоило отправить их в монастырь в семи милях к востоку отсюда? Тамошние монахини зовутся "Сумеречными сестрицами". Так нет же, надо было притащить их сюда, в мой трактир, с лисой и со всем прочим. Лиса, опять же. Тоже в песню попала, подлая тварь! Когда они въехали во двор, я как раз мыл стаканы и тарелки - больше это дело доверить было некому. Вышел во двор, разглядел их как следует и сразу сказал: - Извините, у нас все забито - и конюшни, и комнаты. Как я уже сказал, я человек не храбрый и не слишком жадный. Я просто всю свою жизнь держал дом для путников. Черная улыбнулась мне и говорит: - А нам сказали, что места есть! Мне уже приходилось слышать такой выговор, много лет тому назад. Два океана лежат между страной, где люди говорят так, и моим порогом. Парень соскользнул с седла, стараясь спрятаться от меня за лошадью - еще бы! А черная женщина добавила: - Нам нужна всего одна комната. Деньги у нас есть.